Размер имеет значение: как привлечь в эндаументы деньги из бизнеса?

Размер имеет значение: как привлечь в эндаументы деньги из бизнеса?

В феврале 2025 года президент РФ Владимир Путин поручил правительству усовершенствовать механизмы формирования и использования фондов целевых капиталов (эндаументов) образовательных учреждений. После этого было создано семь рабочих групп под председательством вице-премьера Дмитрия Чернышенко, в которые вошли эксперты ведущих университетов, благотворительных фондов, управляющих компаний, а также инвесторы и представители органов власти. Сегодня все предложения с формированы и находятся на рассмотрении в ведомствах. Уже понятно, что корректировки затронут не только университетские эндаументы, а весь рынок благотворительного капитала.

Фото Министерства науки и высшего образования РФ на стратегической сессии по развитию целевых капиталов в Политехническом университете, май 2026
Фото Министерства науки и высшего образования РФ на стратегической сессии по развитию целевых капиталов в Политехническом университете, май 2026

На конец 2025 года в РФ создано около 450 эндаументов с капиталом более 200 млрд рублей. Все вместе — это в три раза меньше эндаументов одного Оксфордовского университета. Правда они начали создаваться 500 лет назад, а российские капиталы появились не более 20 лет назад. Конечно, для того чтобы целевые капиталы, доходы от которых идут на социальные проекты, в том числе образовательные, действительно помогали экономике страны, они должны стать крупными.

Данные НАЭ
Данные НАЭ

Это можно достичь, если в них привлечь ресурсы корпораций и крупных доноров. Однако ключевая проблема эндаументов — отсутствие мотивации в их поддержке у юридических лиц. Кроме того, их развитию мешают ограничения в формировании капитала и инвестировании. Наконец, у филантропов просто нет доверия к инструменту, так как про него мало известно.

Что про это говорят профессиональные участники рынка? Мы решили спросить их мнение.

Директор эндаумента ТГУ Мария Булыгина:

«Чтобы эндаументы в России стали крупными необходимо реализовать решения по ряду ключевых направлений. Взять фокус на стратегическое партнерство с государством — сделать ставку на эндаументы как на инструмент снижения бюджетной нагрузки и повышения финансовой самостоятельности вузов. Здесь возможна программа мотивирующего софинансирования крупных пожертвований (как это было с мегагрантами). Помнить, что эндаумент – это не про «собрать и тратить» здесь и сейчас. Это про вечное служение миссии университета. Поэтому в основе всего должна лежать безупречная прозрачность и подотчетность. Регулярные отчеты о доходности, четкие правила расходования средств, публичные имена попечителей – все это создает ту экосистему доверия, без которой крупный капитал не придет.

Также, когда сегодня говорят об эндаументах, чаще всего представляют выпускников-благотворителей. Но есть и другая, подчас более мощная сила — промышленные и индустриальные партнеры. Их роль выходит далеко за рамки простого финансирования. Это стратегический альянс, где бизнес инвестирует не в разовый проект, а в само будущее отрасли и технологический суверенитет страны.

Почему это выгодно бизнесу? Такое сотрудничество дает прямой доступ к «золотому» кадровому резерву. Вложение в эндаумент- это долгосрочный «пропуск» в среду лучших студентов и ученых. Средства фонда направляются на именные стипендии, поддержку олимпиад, лабораторий, где готовятся специалисты завтрашнего дня. Компания-донор получает возможность формировать образовательные траектории, участвовать в работе попечительских советов, и, как следствие, идентифицировать и «воспитывать» будущих инженеров, исследователей, управленцев под свои стратегические задачи. Это системная работа с талантами, а не точечный найм.

Инвестиции промпартнера в НИОКР через механизм целевого капитала – это инвестиции с отложенным, но фундаментальным результатом. Поддерживая через целевой капитал базовую науку в университете-партнере, бизнес страхует свои риски и закладывает основу для инноваций на 10-15 лет вперед»

Директор эндаумента МГИМО Марина Петрова:

«В самом механизме эндаумента заложены как преимущества, так и ограничения. С одной стороны, этот инструмент обеспечивает прозрачность, долгосрочность, финансовую независимость. С другой стороны, его благотворительная природа не предполагает явной заинтересованности бизнеса: сначала средства поступают в целевой капитал по договору пожертвования, затем, также по договору пожертвования инвестиционный доход направляется в вуз.

Дело в том, что закон разрабатывался 20 лет назад. В середине 2000-х практика сотрудничества вузов с бизнес-сообществом и выпускниками только зарождалась, а за последующие годы получили распространение корпоративные кафедры, подбор кадров, стипендии, образовательные гранты, повышение квалификации, поддержка студенческого предпринимательства, научные исследования. Сегодня все это формально остается за пределами договоров пожертвования.

Можно сказать, что механизму эндаумента тесно в указанных рамках. Например, эндаумент представляется надежным инструментом для финансирования науки, который позволит обеспечить бесперебойное финансирование самых долгосрочных научных проектов, в то время как бюджет компаний-заказчиков обычно рассчитан на один год и не гарантирует финансирование в дальнейшем. При этом можно не переориентировать все поступления на целевой капитал, а сочетать подходы – коммерческих заказов на НИР и взноса в эндаумент.

Еще одно препятствие – отсутствие даже символических налоговых льгот для бизнеса. Эндаументы также не имеют льгот в отношении расходования средств, хотя такая практика существует для ряда грантодающих организаций. Освобождение грантов эндаумента на научные исследования от уплаты страховых взносов и НДФЛ, не только позволило бы более эффективно финансировать проекты, но и выглядело бы более привлекательным для потенциальных благотворителей. Напомню, что жертвователи эндаумента-юридические и физические лица, делая взнос, уже оплатили налог на прибыль или НДФЛ. В этих пунктах требуется дальнейшее совершенствование законодательства.

Не менее важно инвестиционное направление деятельности эндаументов. Сегодняшние стратегии управления капиталом довольно консервативны, хотя обеспечивают сохранность и прирост средств (в отдельные годы – довольно неплохой, например порядка 25% по итогам 2025 года). Однако важно увидеть в эндаументах потенциального крупного инвестора российской экономики и совершенствовать инвестиционные стратегии, формировать новые инвестиционные инструменты. Для вузов актуальна поддержка технологических предпринимательских проектов студентов и выпускников. При грамотной работе со стартапами в будущем они также смогут пополнять эндаументы – дивидендами с прибыли или акциями в случае успешного IPO. В нашем случае такая поддержка предпринимательства ведется в акселераторе MGIMO Ventures»

Директор ФЦК Университета ИТМО Константин Астанков:

«Один из ключевых, но часто недооцененных барьеров эндаументов — конфликт горизонтов между «нужно сделать проект сейчас» и «нужно построить устойчивый источник денежных средств на десятилетия». Со стороны выгодопреобретателя, например вуза, это постоянная дилемма: взять прямое пожертвование на текущие проекты и показать быстрый результат (репутация, KPI, быстрое решение «проблемы» и т.п.) или положить средства в целевой капитал, где эффект кажется «медленным» из-за небольшой базы и ограниченной ежегодной выплаты(доходности). Со стороны донора может возникать зеркальная логика: «раз нет быстрого эффекта, рациональнее положить деньги на вклад/в инструмент под проценты и самому ежегодно переводить доход на проекты». В российском контексте это усиливается конкуренцией за «срочные деньги», более низкой привычкой регулярных пожертвований и чувствительностью к доверию/прозрачности, поэтому целевой капитал часто проигрывает коммуникационно: его сложнее «продать», пока у организации нет заметного масштаба активов.

Что можно преодолеть и как раскрыть потенциал (в т.ч. через госстимулы). Дилемма «сейчас или навсегда» может решаться управленческими и «продуктовыми» механиками:

Отдельный усилитель — госстимулы, которые делают вклад в эндаумент выгоднее прямого пожертвования. Логичная «точка роста» — ввести дифференциацию: повышенный лимит/коэффициент вычета именно для взносов в целевой капитал, возможность переносить неиспользованный вычет на будущие периоды (чтобы крупные взносы не «сгорали» в лимите), а для корпоративных доноров — более сильную налоговую мотивацию именно на капитал (например, через расширение учитываемых расходов/кредит по налогу на прибыль при долгосрочном взносе). Параллельно уже публично звучит вектор на расширение налоговых льгот и снятие барьеров для целевых капиталов со стороны Минобрнауки России, что на мой взгляд делает такие меры реалистичным направлением».

Директор Эндаумент-фонд НИЯУ МИФИ Марина Ступникова:

«Основная проблема у целевых капиталов в том, что в силу законодательных ограничений организации с бюджетным финансированием в России не могут принимать «длинные деньги» напрямую и уж, тем более, заниматься их инвестированием. Законодатель предоставил им такое право при условии учреждения специального фонда. Однако такое законодательное решение не означает, что эндаумент-фонды должны восприниматься в отрыве от «материнской» организации, на благо которой он создан. Ведь зачастую руководство такой организации воспринимает всё именно так. Нанимается директор эндаумент-фонда, зачастую не обладающий необходимыми знаниями и квалификацией. Ещё хуже – когда сотруднику, уже имеющему основное место работы, вменяется обязанность развития эндаумент-фонда.

Это распространённая практика, поскольку фонд, как самостоятельное юридическое лицо, может существовать либо за счёт пожертвований на уставную деятельность, либо за счёт части полученного дохода. На старте у фондов нет ни того, ни другого. И возможность содержать хотя бы одного квалифицированного специалиста появляется у фонда при размере активов, превышающих 400-500 млн руб. В России фондов с таким размером активов – по пальцам пересчитать.

Всё вышесказанное проистекает от неверного восприятия эндаумент-фондов как самостоятельных игроков, что противоречит их смыслу. Эндаумент-фонд является лишь механизмом для финансирования долгосрочных программ «материнской» организации. Это означает, что организация, которая имеет намерение финансировать свои программы через механизм эндаумента, должна озадачиться выстраиванием функции фандрайзинга как часть своих бизнес-процессов. Вся коммуникация с потенциальными партнёрами, все информационные материалы, все переговоры, находятся на стороне «материнской» организации, и отнюдь не фонда. В предложение для партнёров должны быть включены все возможные модели сотрудничества, включая формирование устойчивой модели финансирования программы через эндаумент. И это право партнёров – выбрать какой способ им больше нравится.

Только при условии развития функции фандрайзинга как части бизнес-процесса «материнской» организации может решиться задача «раскрытия потенциала целевых капиталов». Только понимая общую картину, «материнская» организация готова будет привлекать для целей фандрайзинга профессионалов и платить им достойное вознаграждение, а не ждать пока человек с несвойственными его основной должности функциями, привлечёт в эндаумент 500 млн рублей и потом, возможно, у него появится зарплата».

Директор фонда «Виктория» Дарья Городецкая:

«Прежде чем говорить о проблемах, необходимо отметить работу ответственных государственных институтов по совершенствованию отраслевого законодательства. Министерство экономического развития Российской Федерации поддерживает диалог с фондами целевого капитала, при этом сотрудники фондов входят в различные рабочие группы, что позволяет сонастраивать нормативное регулирование в соответствии с последовательным развитием эндаументов в России. Тем не менее, еще есть барьеры, которые на текущий момент тормозят развитие целевых капиталов:

Что можно сделать:

Основатель эндаумента Челябинского лицея N31 на платформе «Филантроп» Антон Дружинин:

«Народ в своем большинстве понятия не имеет о фондах целевого капитала. И воспринимает это как абсолютно непрозрачный инструмент по сбору денежных средств с непонятным их дальнейшим использованием. Объяснение про абсолютную зарегулированность процесса, невозможность сделать шаг вправо или влево работает далеко не со всеми. Идет смешение понятий и сравнение с благотворительными фондами, про хорошие из которых все знают, но где-то далеко и глубоко, а про скандальные истории помнят очень даже хорошо.

Поэтому и теряется массовость в пополнении фондов, деньги туда вносят или энтузиасты-основатели и их относительно близкий круг, или же филантропы, число которых тоже ограничено. Рядовые граждане, даже поддержавшие идею фонда, взносы не делают и потому, что просто не имеют на это финансовых возможностей. А делать незначительный взнос, условные 100 рублей, не видят никакого смысла. Поэтому на мой взгляд барьеры они в головах и причины для этого – неосведомленность, недоверие и ограниченность финансовых возможностей.

Неосведомленность преодолевается через информирование. Но массовое информирование возможно только при значительном финансировании – будь то СМИ, телеграмм-канал или популярный блог — туда придется вносить существенные средства. Недоверие также преодолевается через информированность о реальных делах и достижениях. Ну а желание вкладывать в целевой капитал развивается в обществе по мере приближения большей его части к верхней ступени пирамиды Маслоу. До взноса в фонд целевого капитала, как говорится, надо дорасти».

Некоторые комментарии участников рынка были опубликованы в статье Giving Journal



Налоговые стимулы, инфраструктура, партнерство бизнеса: эксперты о том, как развивать эндаументы

Целевые капиталы в России развиваются все активнее. В последние годы утверждены концепции целевых капиталов, внесены изменения в федеральный закон об управлении целевыми капиталам, активнее всего развиваются целевые капиталы в сфере образования: появился свой рейтинг вузов по качеству управления фондами целевых капиталов и соответствующие награды для вузов, которые проявят наиболее выдающиеся способности в этой области. В феврале 2025 года президент РФ Владимир Путин поручил правительству усовершенствовать механизмы формирования и использования фондов целевых капиталов (эндаументов) образовательных учреждений. После этого было создано семь рабочих групп под председательством вице-премьера Дмитрия Чернышенко, в которые вошли эксперты ведущих университетов, благотворительных фондов, управляющих компаний, а также инвесторы и представители органов власти.

Однако говорить о том, что рынок эндаументов сформирован, еще рано. Среди ключевых проблем, которые сегодня тормозят развитие эндаументов, эксперты называют отсутствие мотивации в их поддержке у юридических лиц, ограничения в формировании и инвестировании капитала, а также отсутствие доверия к инструменту в связи с низкой информационной прозрачностью и проблемами с профессиональными кадрами.

Что имеет смысл скорректировать в законодательстве и как раскрыть потенциал эндаументов — рассказывают участники рынка.

200 млрд рублей за 20 лет

Закону о целевых капитала в России 20 лет: он был принят в 2006 году, первые фонды целевых капиталов появились сразу после этого — в начале 2007 года. Сейчас, по данным Национальной ассоциации эндаументов (НАЭ), в РФ насчитывается около 450 эндаументов с капиталом более 200 млрд рублей — это примерно в 20 раз меньше, чем один эндаумент Гарвардского университета. Для того чтобы благотворительные капиталы, доходы от которых идут на социальные проекты, в том числе образовательные, действительно помогали экономике и развитию страны, они должны стать в первую очередь крупными. Это можно достичь, если в них привлечь ресурсы корпораций, тогда как сейчас эндаументы в основном ассоциируются с филантропами, а университетские — с пожертвованиями выпускников.

«За 20 лет развития института целевого капитала в России сформировалась необходимая законодательная база, появились крепкие, профессионально управляемые фонды. Это важный фундамент, тот самый костяк, без которого дальнейшее развитие было бы невозможным, — говорит Людмила Пантелеева, руководитель эндаумент-фонда „Филантроп“.

Генеральный директор Фонда Потанина Оксана Орачева также отмечает качественный рост сектора: „Целевые капиталы стали признанным инструментом развития на государственном уровне. И это наш общий главный результат. Впереди — более сложная задача. Нас сегодня волнует и качество управления, и повышение доверия, вклад в будущее со стороны каждого участника сферы целевых капиталов“.

„Вложение в эндаумент — долгосрочный „пропуск“ в среду лучших студентов и ученых. Средства фонда направляются на именные стипендии, поддержку олимпиад, лабораторий, где готовятся специалисты завтрашнего дня. Компания-донор получает возможность формировать образовательные траектории, участвовать в работе попечительских советов, и, как следствие, идентифицировать и „воспитывать“ будущих инженеров, исследователей, управленцев под свои стратегические задачи“, — отмечает директор эндаумента ТГУ Мария Булыгина. Она также добавила, что инвестиции промпартнера в НИОКР через механизм целевого капитала — это инвестиции с отложенным, но фундаментальным результатом. Поддерживая через целевой капитал базовую науку в университете-партнере, бизнес страхует свои риски и закладывает основу для инноваций на 10-15 лет вперед».

Динамика и масштабы рынка

«Но если оценивать динамику, приходится констатировать: рынок развивается не теми темпами, на которые мы рассчитывали, и потенциал инструмента раскрыт лишь в малой части, — говорит Людмила Пантелеева. — Цифры говорят сами за себя. За два десятилетия в стране создано порядка 450 целевых капиталов. В среднем это около 20 новых фондов в год. Для масштабов России, где насчитываются тысячи университетов, музеев, театров, больниц и социально ориентированных НКО, это не динамичный рост, а точечные успехи отдельных организаций». По словам Пантелеевой, мы наблюдаем видим линейный, а не экспоненциальный прирост. Это значит, что системных предпосылок для массового распространения инструмента пока не сложилось. «Рынок словно „зажат“: с одной стороны, есть успешные примеры, которые доказывают работоспособность модели, с другой — барьеры, не позволяющие тиражировать этот опыт», — добавляет Людмила.

По оценке экспертов, бизнес сегодня мало интересуют благотворительные капиталы. «Этому препятствует неготовность руководства, ESG-подразделений и подразделений КСО крупного бизнеса рассматривать вложения в целевые капиталы как серьезную составляющую социальной ответственности, а также отсутствие весомых налоговых преференций для жертвователей», — отмечает директор фонда «Виктория» Дарья Городецкая.

«Эндаументы также не имеют льгот в отношении расходования средств, хотя такая практика существует для ряда грантодающих организаций. Освобождение грантов эндаумента на научные исследования от уплаты страховых взносов и НДФЛ, не только позволило бы более эффективно финансировать проекты, но и выглядело бы более привлекательным для потенциальных благотворителей. Напомню, что жертвователи эндаумента-юридические и физические лица, делая взнос, уже оплатили налог на прибыль или НДФЛ. В этих пунктах требуется дальнейшее совершенствование законодательства», — отмечает директор эндаумента МГИМО Марина Петрова.

По мнению Людмилы Пантелеевой, причин медленного развития рынка несколько. Это и отсутствие реальных налоговых стимулов для частных лиц и компаний. Для частных лиц существующие вычеты недостаточны, чтобы мотивировать крупные пожертвования. Для компаний стимулов нет: взнос в целевой капитал не даёт преференций по налогу на прибыль, что резко сужает круг корпоративных доноров. «Без выгодных налоговых преференций, которые во всём мире служат главным драйвером роста эндаументов, инструмент лишается ключевого экономического стимула, — добавляет Пантелеева. — Второй по значимости барьер — избыточная бюрократизация процедур, и высокие операционные издержки. Целевой капитал создаётся на десятилетия, но ежегодные расходы на содержание фонда не окупаются при капитале менее 50–100 млн рублей. Есть и инвестиционные ограничения, не позволяющие эффективно управлять нетипичными, крупными активами».

Чтобы благотворитель выбирал эндаумент, он должен выигрывать по удобству, доверию и экономике мотивации. По мнению директора ФЦК Университета ИТМО Константина Астанкова: «Экономика мотивации — это как раз государственные механизмы, которые превращают „медленный эффект“ в быстрый. Например, повышенный налоговый стимул именно на взнос в целевой капитал, то есть выше лимит, выше ставка возврата или доп. налоговый кредит по сравнению с прямым пожертвованием». Или он предлагает привязать к конкурсным и статусным механизмам. «Например, допбаллы в грантовых программах, рейтинговые преференции, публичное признание крупных капиталотворцев и тд. Или, например, рассмотреть аналогию с IT компаниями — взносы в эндаументы может быть обязательной составляющая для получения определенного статуса компании», — рассуждает Астанков.

«В результате это меняет поведение: донор понимает, что „вклад под проценты“ конкурирует не с „нулем“, а с конструкцией „проект сейчас + капитал навсегда + государственный рычаг + налоговая выгода“. Именно такая связка (якорные доноры + публичная цель капитала + мэтчинг/налоговые стимулы + прозрачность) и сможет превратить рынок из набора небольших фондов в систему крупных эндаументов», — подчеркнул Астанков.

Расширение возможностей пополнения капиталов

Эндаументы могли бы пополняться не только за счет пожертвований. «Барьером также становится запрет на отчисление собственных средств на пополнение целевых капиталов и ограничение видов приносящей доход деятельности для некоммерческих организаций — собственников целевых капиталов, что ставит их в заранее невыгодные условия по сравнению с некоммерческими организациями, не сформировавшими собственный целевой капитал», — поясняет Дарья Городецкая.

Она считает, что необходимо «отменить полностью либо расширить перечень видов приносящей доход деятельности, разрешенных для некоммерческих организаций — собственников целевых капиталов (включив в него, например, размещение свободных остатков средств целевых поступлений (пожертвований на ведение уставной деятельности и содержание некоммерческой организации) на депозитных счетах в учреждениях банков; оказание консультационных и информационных услуг; сдачу арендованного имущества в субаренду; реализацию товаров (изготовленных подопечными либо с участием подопечных некоммерческой организации и/или с символикой некоммерческой организации); деятельность по организации конференций, семинаров, тренингов, лекций, круглых столов, консультаций, мастер-классов, выставок, ярмарок, конкурсов, аукционов, культурно-развлекательных и спортивных мероприятий; распоряжение правами на объекты интеллектуальной собственности)».

С ней соглашается и директор эндаумента МГИМО Марина Петрова: «Эндаумент формируется и пополняется за счет частных средств. В этом также его преимущество и знак качества. Компании и выпускники вкладываются добровольно, потому что верят в миссию, ценности, цели эндаумента. Однако стоит рассмотреть возможность пополнения эндаументов за счет собственных средств организаций от приносящей доход деятельности»

«Для вузов актуальна поддержка технологических предпринимательских проектов студентов и выпускников. При грамотной работе со стартапами в будущем они также смогут пополнять эндаументы — дивидендами с прибыли или акциями в случае успешного IPO. В нашем случае такая поддержка предпринимательства ведется в акселераторе MGIMO Ventures» — Марина Петрова.

Некоторые участники рынка считают, что эндаумент должен иметь возможность пополняться и из бюджетных денег. Астанков полагает, что стимулом может стать софинансирование от государства (рубль к рублю или рубль к двум) на пополнение эндаументов и тогда «эффект сегодня» будет ощутим. Эта практика активно применяется за рубежом.

Эксперты также отмечают, что сам организационный процесс фандрайзинга для целевых капиталов развит слабо. «Нужно развивать онлайн-фандрайзинг для массового привлечения и увеличения охвата потенциальных жертвователей. например, создание краудфандинговых платформ для пополнения целевых капиталов», — говорит Дарья Городецкая.

«Закон об эндаументах требует модернизации: его концептуальные основы актуальны, но регуляторные и налоговые нормы не идут в ногу со временем и мировыми практиками, — уверена Людмила Пантелеева. — Ключевые изменения назрели по нескольким направлениям — это и расширенные налоговые стимулы для частных лиц и компаний, освобождение от налогообложения операций с недвижимостью, создание правового статуса для платформенных моделей с отменой минимального порога, уточнение понятия „доход“ с возможностью учитывать реальные денежные потоки и введение субпортфелей для нестандартных активов и неклассических (альтернативых) инвестиций, а также проработка процедур с недвижимостью, чтобы она не становилась „токсичным“ активом».

Людмила Пантелеева отмечает, что важна роль государства — она должна быть стимулирующей и регуляторной. Речь и о совершенствовании налоговых стимулов, которые могут стать главным драйвером притока частных средств, и о упрощении регулирования, а также поддержке платформенных моделей и пульного управления, чтобы малые фонды стали экономически устойчивыми. «Ну и, конечно, важна популяризаторская роль министерств, как это сейчас успешно делает Минобрнауки почти для всей отрасли», — добавляет Пантелеева.

Барьеры развития

В апреле 2026 на десятом форуме «Эндументы навсегда» Фонд Потанина и исследовательская группа ЦИРКОН представили масштабное исследование «Эндаументы. 20 лет в публичном поле (2006-2025)». Исследование затрагивает в том числе барьеры, организационные модели и точки роста для фондов целевого капитала. Так, в рамках исследования были выделены 4 группы барьеров, препятствующих развитию эндаумент-фондов в России: внешние (экономика, геополитика и культура филантропии), внутренние (особенности организационного развития), инфраструктурные и регуляторные. Авторы отмечают, что барьеры развития российских ФЦК не являются разрозненными препятствиями. Они образуют единую систему 11 взаимосвязанных и взаимно усиливающих ограничений, формирующую устойчивый «замкнутый круг». Внешняя среда (макроэкономическая нестабильность, недоверие и неуверенность в будущем, разрыв международных связей) создает неблагоприятные стартовые условия. Это порождает и усугубляет внутренние слабости организаций: дефицит стратегического видения, ресурсов и ключевых компетенций, что приводит к появлению непрозрачных, неэффективных фондов. Массовое присутствие таких фондов, в свою очередь, подпитывает системные проблемы: углубляет кризис доверия, консервирует неразвитость инфраструктуры и экспертизы, оставляет тему на периферии общественного внимания. Это завершает круг, еще больше ужесточая первоначальные внешние условия.

Данные исследования показывают, что сегодня наиболее остро для российских эндаументов стоит проблема денег и кадров, которая включает в себя проблемы с фандрайзингом, привлечением финансирования и нехваткой квалифицированных специалистов. В рамках опроса для исследования представители ЦК наиболее часто указывали на сложности привлечения пожертвований в целевой капитал — её отметили 74% респондентов. Следом по актуальности идут проблемы низкого доверия доноров к эндаументу (50%) и маленького размера команды/отдела, ответственных за развитие эндаумента (48%).

Кроме того, авторы исследования отмечают, что широкая аудитория мало знает об эндаументах. Эксперты уверены, что причина в том, что по этой теме мало информации. Так, исследование ЦИРКОН «маргинальную» медийность целевых капиталов и низкую информированность: ЦК упоминаются менее чем в 1% публикаций о НКО-секторе.

«Если говорить о барьерах, которые встают на пути этого развития, то скорее это непопулярность самого целевого капитала среди массового жертвователя, влияние внешних условий на выбор массового жертвователя не в пользу долгосрочности, а также ряд организационных ограничений. Несомненно, принятые антикризисные меры и решения руководства страны о мероприятиях по развитию отрасли способствуют увеличению количества как организаций, имеющих право формировать целевой капитал, так и самих целевых капиталов, но движение это происходит не однородно — до сих пор в мегаполисах, где сконцентрировано больше ресурсов найти потенциального донора легче, а управляющие компании в основном расположены в столице России, что увеличивает административные издержки не больших и отдалённых от мегаполисов фондов и почти не влияет на их институциональное развитие», — говорит Евгения Аргунова, директор Фонда целевого капитала СВФУ.

«Общество» в своем большинстве воспринимает целевой капитал как абсолютно непрозрачный инструмент по сбору денежных средств с непонятным их дальнейшим использованием. Но массовое информирование возможно только при значительном финансировании, а недоверие и неосведомленность преодолевается через информированность о реальных делах и достижениях«, — отмечает основатель целевого капитала для развития Лицея № 31 г.Челябинска Антон Дружинин.

Эксперты также отмечают, что для роста доверия необходимо наращивать компетенции. «Эндаумент-команды и в часто малочисленны и не обладают достаточной профессионализацией. В связи с этим возрастает значимость и потребность в образовательных программах по теме развития вузовских эндаументов», — добавляет Мария Булыгина.

«Повысить компетенции в с